?

Log in

No account? Create an account
pic1

sowetnik_p


Художники строят "Город Солнца"


Previous Entry Share Next Entry
36 глава романа ,,Конец света,,
pic1
sowetnik_p

Предыдущая глава

С каким-то онемением в затылке сбежал вниз, выскочил на тротуар и сдуру повернул голову налево навстречу автомобильному потоку, рыская глазами. Тут же справа мне в голень больно воткнулась детская коляска.

lmpknoub55555555


- Куды прёшь, лось, не вишь дети?!

  Вызверилась на меня толстая бабища. Я отпрянул и напоролся спиной на другого прохожего москвича.

- Ты, долбоёбище, чё ты тута растопырился новогодней ёлкой, нах?!

  Грубо оттолкнул меня москвич.

  Достали меня совки по самые помидоры со своей ежедневной свежавонинкой!

  Я невразумительно промычал, зажатый между коляской и москвичом:

- Мэ-э...

- Чё, сильно грамотный, нах?!

  Перекосило мужика.

  Пришлось открыть собрание зубов:

- Грамотность, как таковую, я не стал бы брать за общую дефиницию. Это ближе к буддисткому, индийскому и раннехристианскому миропониманию. Но если совсем конкретно, то признаюсь: я – киник! Однако в современном типе знания сошло на нет то неусыпное внимание к жизни, которое порождало древнее учение мудрости, заставляя вести речь о жизни и смерти, любви и ненависти, противоположности и единстве, индивидуальности и вселенной, мужском и женском, в духе ,,отучения от зла,, следуя киническим добродетелям.

  Мои совки что-то так напугались, подхватились и ринулись от меня, словно я сейчас очнусь, брошусь за ними и воткну им в спины по три ножа.

  Я прокричал им вслед:

- И хоть считается, что термин ,,цинизм,, произошёл позднее от ,,кинизма,, , но это хуйня, ибо киническое следование собственной природе, презрение к условностям, способность к освобождению от догм культуры и ёбанного сообщества дураков, типа вас, в наше ёбанное время подразумевает под собой другое и очень неожиданное. Запомните это!

  Занимаясь этой хренью с аборигенами, я не заметил, как напротив меня затормозило авто с метровыми буквами на борту: ,,Комсамольская Прравда,,. Из открытого окна авто ухмыляющийся водила в солнцезащитных очках спросил меня:

- Стебаешься?

- Скорее, блюю.

  Ответил я, падая на переднее место рядом с водителем.

  Только водитель выжал сцепление, только включил первую скорость, собираясь тронутся с места, как к нам из автомобильного потока вывернуло другое авто с уже другими буквами по борту: ,,Моссковский Комсамолец,,.

- Не возмёо-ошь!

  Пропел водила и быстро дал задний ход. Инстинктивно обернувшись назад, я увидел, что и сзади на нас налетает ещё одно авто с буквами по борту: ,,Эхооо Москвыыы,,.

- Хуй вам!

  Ругнулся водила и вдавил педаль газа в пол. Колёса завизжали, от горящей резины заклубился вонючий дым, мы с финтом выюзили от двух авто, перегораживающих путь и умчались прочь.

  Водила представился:

- Я – Пелевинн Викторр. Физкульт привет!

  Я не жлоб московский, пришлось тоже представиться:

- Слава Богов – долбоёп тут местный.

  С заднего сиденья раздалось:

- Доброго вам время суток! Позвольте и мне представиться – Павел Бесинский.

  Я повернул голову к задним сиденьям. Изящно представился мне усатый дядя.

  Лицо Бесинского незапоминающееся, как у всех русских интеллигентов, у Пелевинна на лице жутко шпионские чёрные очки, ,,круговая,, мышца лица выразительно толстая, такой если схватит зубами, так схватит. Его шпионское лицо показалось мне знакомым

- А я ведь вас знаю... – сказал я им обоим, чтобы кинически не выделять одного. – Где я мог видеть вас раньше?

- Мы, соизволите ли видеть, литераторы, типа Льва Николаевича Толстого.

  Ответил Бесинский.

  Я вспомнил:

- Точно! Я ж вас по зомбоящику видел! Так это про вас мне говорил Женераль, что вы будете моей охраной?

- Про нас.

  Подтвердил Бесинский, Пелевинн только мрачно плюнул в открытое окно.

-  Какие из литераторов охраники-то?! Тоже мне, - спецназ, гы!

  Покосился я на чёрную футболку Пелевинна Викторра. На левой груди сатанинской футболки - белая галочка ,,Найка,,. Литераторы только прожевали лицом что-то неопределённое в ответ.

   При такой скорости мы скоро въехали в Старый Петровско-Розумовский проезд. Я вошёл в тесноватый тамбур ,,Комсамольской Прравды,, , нагнув голову. Василиск Песковецкий приветственно махнул ручкой.

  Я процедил ему через губу:

-  Пропуск для меня выписали?

- Твой пропуск с тобой, Слава Богов.

nbsp; ,,Наше всё,, показал пальцем на козла Бафомета на моей груди.

  Что мне остаётся? Остаётся молча закатывать глаза и тоже жевать лицом.

- Куда теперь?

- К Женералю.

  Дружно ответили Песковецкий и Бесинский. Пелевинн только показал американским факом наверх.

  В дверях лифта я столкнулся с женщиной. У меня уже традиция – сталкиваться в КП грудями с сатанистами. Мы  хором ойкнули:

- Ой, я чуть инсинуацию из себя не выпустила от неожиданности! Извини, я задумалась, Великий Х!

- Это вы так ругаетесь - Великий наХ, или же меня здесь так отныне называют заглаза?

  Потёр я себе грудь

  ,,КП,,эшная ведьма жимкнула плечиками.

- Я - Кузинаа Светлотаа - обозреватель отдела науки, а ты - Слава Богов – Великий Х. Или хочешь, чтобы тебя не по-научному Кичепёрздом каким-нибудь фрикальным звали?

- Не надо Кичепёрздом, можно просто Славой звать.

  Пробрюзжал я уже в закрывающиеся двери лифта. Поднявшись на нужный этаж, сначала высунул голову в открывшиеся двери и осмотрелся, прежде чем выйти – хватит уже сталкиваться титьками с сатанистами, Взбдрыжножопиксхуйьёмтьнахблякабака! Бесинский и Пелевинн конвоем двигались за мной.

  В приемной Генерального Директора за столом сидела секретарша и что-то быстро печатала, низко наклонив голову.

- Шеф у себя?!

  Кивнул я на следующие двери.

  Секретарша подняла голову от клавиатуры и я запнулся о собственную ногу. Секретарша была невероятно красива. Ослепительно красива! Единственно, что портило неземную красоту, так это шрам на шее, такой же, как у булгаковской служанки-ведьмы Геллы той, которая ,,Расторопна, понятлива и нет такой услуги, которую она не сумела бы оказать,,.. ,,КП,,эшная Гелла подтвердила:

- Шеф на месте, проходи.

  Я снова запнулся. Запнулся уже от голоса секретарши – грубого, с хрипотцой, которой совки украшают свои уголовные песенки.

  Кабинет Воландемара Сунсгоркина – Главного редактора, Генерального директора и Приора сатанистов напоминал штаб революции. Посреди кабинета большущий круглый стол вишнёвого дерева. Ещё тогда, в первый раз, когда я очнулся на нём после обморока, он у меня почему-то сассоциировался с круглым столом короля Артура. На нём раскинулась большая подробная карта Москвы, лежали по виду очень старые пергаменты, промеж них заполненные и не заполненные бланки приказов, прочая макулатура, часть бумажек валялись у стола под ногами. Какие-то Клевреты на приставных столах вдоль стен отчаянно барабанили по клавиатурам компов.

  Бесинский с Пелевинным заорали за моей спиной в мобильники. Бесинский голосил изящно, как голосили дворяне во времена графа Толстого: ,,Милостивый государь, всемилостивейше соизвольте...!,, и так далее. Единственно, когда ему ответили, ,,изящный,, понимающе аакнула типичным московским ааканьем, от которого у всех россиян появляется ощущение волоса во рту.

  Грубый Пелевинн кого-то шпынял в трубу, как шпынял смердов граф Толстой: ,,Это зоопарк, нах?! Тогда почему обезьяна у телефона, бля?! Ты, мудило пролетарский, тебе сказанно: ,,Сиди, жди пока вместе с закрытым ртом – значит сиди, жопа, и жди, ьёп! Чё?! Тебе зубы не мешают?! Щас ведь приеду! Делай, как говорю! Всё! Покедова!,, Отключившись, пожаловался в пространство: ,,Электрооборудование троллейбуса с асинхронным тяговым приводом какой-то с этими курабляцкими графоманами, нах! Где у литератора рубчатые подошвы, у графомана мозги, чтоб им в глазе все нервы испортили булавкой!,,

  Почесав на левой груди белую галочку ,,Найка,, , Пелевин пробурчал себе в чёрную грудь, скептически мотая башкой, как лошадь графа Толстого на пашне:

- Черевато боком выйдет с этими графоманьём, чтоб к ним ездили только врачи!

  И мой литературный охраник (или уж – охранный литератор) откусил встопорщившуюся зауску ногтя и раздражительно отплюнул её от себя.

  Навстречу мне поднялся Женераль.

- Присаживайся, поговорим.

  Я сел на указанное место. Первым делом, следовало бы разобраться с грёбанным брелком - козлом Бафометом, но Женераль начал с другого:

- Чем же тебе так не милы дураки, Слава?

  Я откинулся на спинку стула и сцепил руки на животе в замок.

- А за что их любить-то, ваших дебилов?

  Воландемар Сунсгоркин тоже откинулся на спинку стула и накинул ногу на ногу.

- Ну, во первых, любить дурака совсем не обязательно, Слава. Во вторых, воевать с ним тоже не стоит, это была бы война с человечеством.

  С этим не поспоришь, Варфоломеевскую ночь дурачью не устроишь. Если дураку не требуется проявлять семь пядей во лбу, да не открывать рот, он вполне может сойти за человека.

- Вам что, уютно среди такого колличества придурков? Каждый же день с ними собачишься!

- Ну, хорошо, а где твои умноиды, Слава? Они же в начальство-то особо не рвутся. Их не заставишь копать траншею, как узбека-гастарбайтера. Исследования, теоретизирование, мода, киношки, художественное творчество - вот их епархия, но как же без высокоорганизованной бюрократии? Умный всегда – ярко выраженный индивидуалист. И что может  слабосвязанное скопление индивидуалистов на государственном уровне? Лебедь, рак и щука. Одна непрекращающася всепожирающая дискуссия получится, друг мой!

  Я отсекающе провёл рукой перед собой.

- Но дурак не способен на эксперимент, у него нет свежих идей, он не в состоянии рисковать и пить шампанское!

- Ой-ля-ля! А умноид так – это золотой мост, под которым спят! Горы трупов после революций и прочих экспериментирований умноидов – это хорошо. Нет, Слава, дурак, как ни крути, оптимальней и эффективней. Стандарт – это проверенное решение, модернизм – сомнительная религия умноидов. ,,Принцип червяка,, тебе известен?

  Я отрицательно мотнул головой.

- Вот смотри, какой чертёж червяка получается.

  Женераль нарисовал на бумажке условного червяка и подписал под ним – ,,Минус/ПЛЮСПЛЮСПЛЮС,,.

- Спрашивается, куда поползёт червяк? Моржу понятно, что червяк поползёт направо в сторону плюса. Опорная плоскость плюса больше, посему ему ползти в сторону прогресса. Если ,,минус,, отрезать, то при сокращении червяка движения не получится - пробуксовка! Чистый коммунизм – утопия, загнивание и топтание на месте. Жизнеспособны только промежуточные варианты; капитализм с его тупорылым народом, социализм с его тупорылым совковским народом, долбоёбистыми грузинскими вождями и крысинным исподтишка терроризмом мусульман. Вот и получается, что пока есть нечистая харя, которую сдедует отфигурировать, восхождение олимпинистов к вершине Олимпа продолжается. На вершине, понятное дело, делать нечего, там жуткая скукота тупика равновесия. Вывод ясен: диапазон подвижности зависит от функциональных колебаний. Постепенное накопление сдвигов (трепет сокращающегося червяка) – механизм прогресса. А мордобой с замшелыми религиями, стагнированными богами, фашистами, морганистами, саакашвилями, жириками, и прочей мелкой совковской шушерой - условие поступательного движения.

  Я на секунду замялся - Женераль говорил путние вещи. Но попытался перегруппироваться:

- Нно-о... Но есть же очевидные вещи!

  Женераль отмахнулся.

- Очевидные вещи, при ближайшем рассмотрении, чаще оказываются иллюзиями. Ты же художник и сё понимаешь хорошо.

- Согласен. Умноидный художник – профессиональный иллюзионист. А как ещё создавать дуракам культуру?! Позорно только это, зараза!

  Женераль покачал ножкой.

- Да, нет, не позорно. Дураки – большинство человечества. Это и есть нормальные люди. Слово «дурак» вовсе не является обозначением представителя интеллектуально недоразвитого меньшинства. Для представителей этого меньшинства существует другая дефиниция: «Олигофрен», «Дебил», «Идиот», «Имбецил» «Софлядёр недомешанный», «Швабромётл фуфыргнутый», «Проздепец безмозарный», «Опоссумхряк    здрифнутный». Так что, дураки ещё оказываются в престижной половине шкалы.

  Я фыркнул:

- Ну, здец просто! Ещё оказывается, что нам даже надо гордиться тем, что обслуживаем дураков плеченогих! Совку радею ума ввозом, что б не остался он навозом! – и я прищурился на Женераля. - А вы ветеран умственного труда, поли-итик!

  Тот хмыкнул:

- Хочешь сказать, как проститутка Троцкий, уехавший на рыбалку на крейсере ,,Аврора,,

- Кстати, о рыбках! - заиграл я желваками. – Вы поставили мне дома ,,жучки,, и видеокамеры?!

  Женераль успокаивающе погладил ладошкой воздух перед собой.

- Ничего у тебя дома мы не ставили, успокойся. Это всего лишь, стандартная процедура Посвящения – на шею неофита вешается символ Посвящения – амулет с Бафометом – небольшое техническое устройство, глаза – видеокамеры, микрофончик там, хе-хе... Люди к нам приходят с улицы, москвичи в том числе, - цикнул зубом Женераль. - Их же надо проверить на вшивость. Тем более, что ты прошёл первую Инициацию нелегально, что нас особенно напрягло. В любой конторе на сотрудников заводится личное дело, дело обычное. Штандартенфюрер Штирлиц – истинный ариец, характер нордический... Штирлиц, ёкарный бабай, посмотрите на себя в зеркало – какой из вас ариец?! – славянский нос картошкой, и вообще вы негр!,

  Он ещё и юморит. Я сделал усилие не заулыбаться.

- Мне это не нравится – никакой личной жизни – ни поссать, ни в носу поковырять, ни... ни... ни прочие обязательные действия ежедневного проживания с добавлением специй, чеснока и хорошего настроения!

  Такая разница между тем что мне Приор говорит и его меланхоличным видом, меланхоличным качанием ножки на ножке, Взбдрыжножопиксхуйьёмтьнахблякабака!

- Потерпи уже совсем немного. Сегодня ровно в двенадцать часов ночи ты пройдёшь второй обряд Посвящения и избавишься от этого амулета, в нём отпадёт необходимость.

  Я вскочил, мгновенно налился краской, как крымский помидор, и заорал:

- Какое ещё второе Посвящение, вашу мать?! Отстаньте от меня, не желаю я быть сатанистом, как вы! Не буду я пить кровь младенцев!

  Женераля криком не проймёшь, спокойный как водоросль, – также мелонхолично он проговорил:

- Да, с чего ты взял, что мы - сатанисты? Мы – Клевреты Ордена Тамплиеров. Абривиатура от Клевретов Ордена Тамплиеров – КОТ. Между собой мы себя называем котами. Мяу-мяу!

  В другой ситуации, моя челюсть покатилась бы по мне кубарем, как начинающий горнолыжник, но меня так просто не возьмёшь – сказать можно многое – не всему следует верить. У дурака без вариантов, сомнение – первый признак умноида.

  В дверях кабинета показалась удивительной красоты грубоголосая секретарша с подносом.

- Кофе, Коты, вы просили.

  Коты мне больше нравится, чем Клевреты. С сего момента буду называть их Котами, не клевретничая на Клевретов. Мяу-мяу, понимяю.

  Коты почему-то посмотрели на секретаршу с жалостью. Тоже, наверное, из сочуствия по поводу несоответствия красоты и шрама на шее. Несмотря на сочуствие, ,,КП,,эшники побросали свои компы и бумажки, затрещали суставами.

- И то верно, - сказал Женераль, вставая. – А то мы заговорились, потеряв всё сладости дня.

  Я прорычал:

- Кофе с коньяком, надеюсь?!

- Я люблю кофе с корицей и сливками, как Лев Николаевич.

  Мечтательно призакатил глаза Бесинский, не перестовая полировать свой ноготь пилочкой.

- Это с какими сливками, на? Анекдот про сливки знаешь? Короче, звонят: ,,Алё, это булочная?,, Отвечают: ,,Не, это сливочная, на.,, ,,А-а, так это у вас сливки делают?!,, ,,Не, у нас говно сливают, на.,,

- Кактус, ты Витька!

  Сморщился эстет Бесинский.

- А ты штабная карта.

  Как-то непонятно парировал Пелевинн.

- Чё за штабная карта?

  Переспросился я.

  Пелевинн откусил очередную зауску на ноготе и отплюнул её.

- Анекдот чё ли не знаешь? Чапаев берёт две картошки, кладёт на стол: ,,Смотри, Петька – вот мы, а вот белые.,

- Не кладёт, а ложит.

  Снова встопорщил усы Бесинский.

- Анекдот знаешь про Льва Николаича, которые положил на всё? Только он матерный. Щас расскажу.

  Зыркнул Пелевинн на секретаршу и наклонился к уху Бесинского. Бесинский брезгливо пошевелил усами подковкой.

- Не дыши на меня луком!

- А ты ёлкой пахнешь, ну и что? Знашь анекдот? Мужик провалился на работе в деревенский туалет – отмывался-отмывался, отмывался-отмывался, еле отмылся, домой приехал, а жена озадаченно говорит: ,,Ощущение, что говном несёт?,, Мужик тогда пошёл, бутылку ,,Шипра,, на себя всю вылил, приходит довольный такой, а жена говорит: ,,Такое ощущение, что кто-то под ёлкой насрал, на!,,

  Похоже, мои охранники постояно друг дружке пистон вставляют. Один литератор постоянно грызёт ногти, другой постоянно полирует свои и без того розовые ноготки – и не забывают вставлять пистоны.

  Коньяк сегодня, кофе завтра. По моей заявке секретарша принесла ещё бутылку ассамбляжного ,,Хеннеси,,. ,,Хеннеси,, не то, что армянский, пьётся, как вода, я хлопнул полную кофейную чашку и в какой-то степени успокоился. Не умеющий плавать, по крайней мере, должен хорошо нырять. Я налил себе ещё фарфоровую чашечку Дулевского фарфорового завода по самый золотой бортик. Умные люди – эти дулевцы! – ведь специально у самого верха делают золотую каёмочку, чтобы знать – докуда наливать. Я хлопнул напитка героев и мне стало совсем хорошо в логове сатанистов, впаривающих, что они Коты. Хлопнул бы ещё третью чашечку - так точно почувствовал бы себя куском неба, упавшим на землю.

- Слава, - Женераль вложил мне в руку завёрнутый в бумагу кирпичик. - Твои девяносто тысяч рублей.

- Аа-а...

  Непроизвольно аакнул я типичным московским ааканьем, от которого у всех  людей с хорошим зрением глазной хрусталик так сжимается – иксуй его потом разожмёшь даже ломом.

  В моей голове беспорядочно запрыгали тенисные мячики – лишь бы не свою душу продавать, а остальное неважно – будем считать, что я получил гонорар за свои будущие колумны, будем считать, что ,,Комсамольская Прравда,, в приступе альтруизма решила оплатить фарш для инсталяции ,,Собачья жизнь,, , будем элементарно считать, что это взятка, мне плевать! Тем более, в России взяточников традиционно, как собак нерезанных, вор на воре, про которых ещё Салтыков-Щедрин писал «устав о нестеснении градоначальников законами». Наших современных взяточников перестали сажать, по последнему продвинутуму закону им просто дают небольшой штрафик, типа – ты воруй, дело святое, но особенно не зарывайся – дай и другим жить.

  Короче, мне глубоко плевать – под каким соусом я бабки получаю, главное, что Куликс Олекс всё-таки не покроет меня в понедельник своей всепоглощающей великой голожопостью. Не покроет, не высидит и не вылуплюсь я семидесяти килограмовой какашкой. А встану я в гордый профиль чайника, носик чайника задран. Или статуей встану преисполненной всем! Стоит статуя в лучах заката и плевать, плевать, плевать, плевать... – далее следует устойчивое фразеологическое словосочетание, употребляемое, как эмоциональное междометие для выражения недовольства какой-либо ситуацией, обстоятельством и т. д. – скажем,

тризбдрыжнопятижопиксуйчтобтераспростохренетьёкабакой!

██!▌▌▌░▒▒▒▓▲►▼◄◄☻☻☻♠♣♥♫███


Напоминаю происхождение главного ругательства романа - ,,Джумхурийёмть!,,

Джумхурийё - так пакистанцы назвали свой Пакистан, дословный перевод - ,,Республика чистых,,.  Йёмть - окультуренное интеллигентами ругательство.
Соответственно
-
Джумхурийё + Йёмть = Джумхурийёмть!

Следующая глава

  • 1
вот и ты с ёкабаки стал Славой...

Этимология в романе такова, что Славе Богову скоро придётся стать и Богуславой. Прямой перевёртыш и превращение в женщину, чему он дико напугается.

трансвестивизьмь))

Черт, словечки заебись, да.

Скоро экшн прикольный начнётся.

Немного не успел к 21 декабря:))

Сдаётся ещё, Лена, этих концов света будет немало. Очередные вороны просто ждут время, пока страсти чуть уляжутся и снова начнут каркать нам на лысину. Такова уж природа человека, кою не изменить!

а мне нравится)))

Это самое главное! Особенно если исходить из того, что нет дела на Земле утомительней литературы(((

  • 1