pic1

sowetnik_p


Художники строят "Город Солнца"


Previous Entry Share Next Entry
86 гл. ,,КС,,
pic1
sowetnik_p

Мы рабы, прикованные к галере, гребём каждый в свою сторону, еле ворочая железными веслами. Галера круглая – наш земной шар, гребцы кто во что: кто опустил руки, кто взбивает без толку пенные дорожки, кто-то объеденился и гребёт в идеальную сторону, за которую типа, можно отдать жизнь, кто никого не слушается, не музыкально гремя цепями поднимает восстания ради тех же химер. Галера бестолково вертится на одном месте и плыть не может вообще никуда по своей природе. Так есть.

предыдущая глава

Но случаются редкие мгновения, когда всех по серьёзке прорубает и можно заставить рабов грести в одну сторону. Смерть – вот что может заставить любого урода стать послушным гребцом. Сьедобным комочком теперь уже скрутило саму прямоходящую пищеводную трубу - человечка, бросило в пасть между челюстями земли и небом, язычёк нёбной занавески теперь красуется, ужасая тремя шестёрками Апокалипсиса – 666 и вроде гребут теперь гребцы в противоположную от смерти сторону, но всё-равно не понимают – будут ли они проглоченны и переваренны или всё же жалким кусочкам удасться спастись.

Каждому комочку своё место на галере. Ой, но какое место теперь у меняа-а... По логике, неключимая сила должна знать Манускрипт Начала Мира лучше прочих. И когда детали четвёртого Посвящения Андриан Делос рассказал, и со мной, и со Славой случился шок.

- И б-биться сердце п-перестало...!

Наконец прозаикался Славка.

У меня же от волнения никаких модуляций не получилось, я только вытаращилась снизу на гигантскую скульптуру ,,Рабочего и колхозницы,, , отвалив челюсть. Легендарная двадцатипятиметровая скульптура Веры Мухиной – юноша и девушка, поднявшие над собой скрещенные серп и молот, изготовленна из нержавеющей стали и весит 185 тонн.

- Время!

Напоминает Делос, первым устремлясь к постаменту. Я заставляю себя собраться с силами, мыслями и тороплюсь следом. Мы ныряем в служебный вход, поднимаемся наверх, поднимаемся по внешней лестнице, и оказываемся на плоской крыше, где установленна скульптура, и Делос открывает в ноге колхозницы металлическую дверку, через которую внутрь проникают те, кому по должности положенно следить за несущим каркасом памятника.

Делос протягивает мне простую стеклянную колбу с притёртой пробочкой.

- Здесь генетичекие эффекторы. Вам надо поднятся на самый верх, до того места, где ,,Рабочий с колхозницей,, соединяются руками. Соединение рук между кистью и локтём. По стенкам скульптуры ведут ступеньки. Там вы выпьете содержимое колбы. Большие дырки для глаз, носа, ушей и рта в корпусе скульртуры вам уже просверленны.

- И что будет...?

Втискиваю я вопросик.

Делос не ухмыляется, но около того.

- Вы увеличитесь. Только распределитесь по своим частям правильно. Женское в женское, мужское соответсвенно в мужское. А то у вас последнее время не поймёшь, ху ис ху: женщины по-мужски тащат на себе и семью, и детей, мужчины же, как бабы, в классическом понимании – то тряпка, то педик, то гомик, то альфонс, то москвич.

Я глубоко-преглубоко вздохнула, в животе... словно гантель проглотила. С ощущением тяжести и вошла внутрь скульптуры. Сразу от входа по стене спиралью вились маленькие ступеньки. Поцокала по ним наверх, а снизу грохнуло – это Делос захлопнул дверку с пружинной щеколдой.

Спустя несколько минут я добралась до места где рабочий с колхозницей соедининялись руками. Из больших дыр глаз, носа, ушей и рта сверху сочился скудный свет. Я уже собралась открыть пробку и глотнуть эффектора, но тут вдруг сверху раздался какой-то шум. Я замерла.

Шум повторился и из толстого кулака рабочего высунулись три головы. Это были Венедиктоф Алекс, Серго Бунтманн и Сёргёй Львовичч Корзунн с радиостанции ,,Эхооо Москвыыы,,.

- Великие Х, мы вас дожидались здесь. Можно спуститься?

Не дожидаясь разрешения они спустились по лесенке.

- Откуда вы знаете, что я окажусь здесь?

- МНМ.

О, Господи, уж этот всезнающий МНМ! Нет конца его ребусам, сколько в текст не вчитывайся.

- Умные вы Рыцари, я гляжу, если уж смогли и до этого дочитаться!

Непроизвольно похвалила я.

- Не только Рыцари дочитались.

Раздалось вдруг из тёмного нутра кулака колхозницы.

Мы все задрали головы и обнаружили, что к нам спускается ещё человек.

- Во дела! – обалдел Славка. – Это ж тот чувак, который меня тогда подвёз на ,,Шевролёшке,, до подвала с ,,Янтарной комнатой,,!

Я повторила Славку.

- Совершенно верно, - наклонил голову чувак. – С вашего позволения, я - Гусевв Паввел Николаеввич – для всех владелец и главный редактор газеты ,,Моссковский Комсамолец,, , на самом деле я представляю тайную, глубоко законспирированную организацию учёных, в которую входят историки, филологи, экономы, юристы, социологи и другие выдающиеся учёные нашей страны. Наша организация появилась ещё при Советском Союзе после того, как выдающемуся историку академику Тихомирову удалось проникнуть в шифровки Манускрипта Начала Мира.

Закручивается всё толще и толще.

- Хорошо, - осторожно начала я. – Я понимаю, к нам вы подбирались не дыша и незаметно. Я бы, конечно, хотела спросить о причинах и...

Шарообразный парик Венедиктофа стал ещё шарообразнее.

- Вы правильно понимаете, Великие Х. Времени на развёрнутые объяснения категорически нет. Просто поверьте на слово! Нам всем тоже необходимо сделать по глоточку из этой мензурки.

Показал он на стеклянную колбу с генетическими эффекторами.

- Зачем?

Ответа сразу не последовала, но почему-то подкараулившая меня четвёрка смотрела на меня до черезвычайности многозначительно.

- Слышь, Богуслав, - прошептал Славка из-за спины. – Что-то я сомневаюсь. Они хоть выглядят без говна, как москвичи, но я что-то... Ну их! Лучше не давать им увеличитиватель.

Честно сказать я не знаю, что делать – чи давать им, чи не давать?

Ах, боже мой, нет времени сейчас разбираться!

Я открыла пробку зубами, отплюнула её и начала пить. Жидкость оказалась совершенно безвкусной, хоть бы какие знакомые ноты. Ведь даже обыкновенная родниковая вода без газа кажется сладкой от своей естественной чистоты. Здесь же абсолютное безвкусие.

- Нам!

Крикнул Паввел Гусевв, протягивая руку.

- Не давай им!

Закричал Славка.

- Пожалуйста!

Протянул ко мне руку Бунтманн.

Я держала колбу с недопитым эффектором у рта не зная что делать.

- Поверьте!

Тянет ко мне руку Корзунн. В глазах Сёргёя Львовичча такая невыразимая тоска...

- Не отдавай, дура!!!

Заорал Славка.

Не знаю почему, но всё-таки я отдала им колбу.

В ту же мгновение я почувствовала в самой глубине своей новое. На самом элементарном уровне начинает вариться что-то неведомое, чувствуешь метамарфозы куколки, превращающейся в бабочку. Нет, совсем не больно, не то ощущение...

- Ай!

Закричала я от неожиданности.

- Ёп!

Не удержался вскрикнул Слава.

Словно лопнул хитин куколки, в образовавшуюся щель вплоз твёрдый клинок света, тревожа опасным щекотанием новорождённую бабочку. Меня начало выперать из собственного тела. Я вдруг поняла, что мы со Славой начали физически разделяться. И с каждой секундой это становилось конкретнее и конкретнее. Слава мутировал из тонкой лептонной формы жизни в материальность окружающей реальности. Его уже задёргало конкретно – мускульно, и я от этого также задёргалась, зеркально повторяя его дрыганье. Я ещё тормозила головой, но Славка не забыв рекомендации Делоса, успел перескочить на мужскую половину скульптуры в тело рабочего, до того, как мы начали увеличиваться.

Рыцари Венедиктоф Алекс, Серго Бунтманн, Сёргёй Корзунн успевают выскользнуть в отверстия ушей, посланник Паввел Гусевв успевает крикнуть мне: ,,Не стряхните нас с такой высоты, пожалуйста, ссадите нас в ближайшем квартале!,, и выбирается на плечо скульптуры следом.

А мы со Славой росли, росли, росли и росли, как парное тесто внутри скульптуры. Но росли не только объёмом, плотность тела менялась также, что логично. Гигантские бронтозавры ,,Горомовые ящеры,, , жившие в Юрском периоде, тоже имели массивные плотные скелеты. Иначе они не смогли бы переносить свои многотонные телеса. Бронтозавры имели два мозга - один находился в голове и был ответственен за переднюю часть тела, а второй мозг бронтозавра, превосходивший по размерам головной, находился в спине и отвечал за заднюю его часть. Тоже самое происходило и с нами. Мы наконец разделились.

Теперь у Богуславы со Славой реально по два тела и две собственной головы. Место сиамского сращения осталось минимальное: от кисти до локтя. Ещё минута и они, смяв своими сверхплотными телами зауроподов последние металлические ленты несущей конструкции, заполнили всю скульптуру.

- О-ОЙ!!!

Громыхнула Богуслава, ощущая себя двадцатипятиметровым гигантом весом уже неизвестно во сколько тонн. По-ходу теперь не 185 тонн, конечно, больше.

- И БИТЬСЯ СЕРДЦЕ ПЕРЕСТАЛО!!!

Выдохнул Слава громом так, что трусливо задрожала листва соседних лип.

Колóсс, одетый в доспехи, сошёл вниз, вырвав забетонированные подошвы из постамента. Нержавейка под коленами, в локтевых сгибах, в пахах порвалась и проскрипев совсем коротко, скрипеть прекратила, обтёршись от первых движений.

Зрелище было ещё то - по сути кошмар наяву. Москвичи, повысыпавшие на улицы после знамения, подняли писки-визги, от ударов ног гигантов сработали сигналки множества припаркованных авто, какофонический вой поднялся до небес, тупо хрюкал в свисток какой-то случайный полимилиционер, у него конкретно заклинило в башке. Когда перед тобой оживает металлический монстр, что либо делать вообще в принципе глупо. Стой, лови свою челюсть, в крайнем случае, старайся уворачиваться из под подошв колóсса, если его угораздит громыхать в твою сторону. Полимилиционер безпонтово хрюкал и хрюкал... Дурак!

следующая глава


?

Log in

No account? Create an account